ПОДЕЛИТЬСЯ

11 января исполняется двадцать лет со дня смерти княжны Веры Константиновны, последней из поколения Романовых, кто застал блеск, величие и стремительное падение Российской империи. Она хорошо помнила своих легендарных и великих родственников. В её памяти навсегда остался «добрый взгляд Государя», игры с великими княжнами, поездки в Царское Село, где маленькая княжна пила чай вместе с Императрицей Александрой Фёдоровной, своей крёстной, а затем они рассматривали детские книжки и разговаривали на английском языке.

В опубликованном некрологе журнала «Имперский Вестник» говорилось:

«Княжна Вера Константиновна родилась 11/24 апреля 1906 г., покинула революционный Петроград в 1918 г. в 12-летнем возрасте, жила в Бельгии, Германии, США. Она неизменно сохраняла верность заветам предков и России, всегда оставаясь в Зарубежье с истинной Церковью и с истинными монархическими структурами. Долгие годы Е. В. Княжна Вера Константиновна была Почетной Соратницей нашего Российского Имперского Союза Ордена и членом Высшего Монархического Совета. Даже когда здоровье уже не позволяло ей участвовать в нашей работе, она всегда просила поздравлять от её имени с праздниками наших соратников и друзей. Она также была Шефом Объединения Кадет Российских Кадетских Корпусов, поскольку её отец заведовал военными училищами в России. Три брата Веры Константиновны – Князья Иоанн Константинович, Игорь Константинович и Константин Константинович – были убиты большевиками в Алапаевске 18 июля 1918 года. В 1981 г. они были причислены Зарубежной Церковью к лику святых. Сама она не выходила замуж и умерла бездетной. Высокой честью для нашего Р. И. С. О. и В. М. С. всегда было то, что в последние десятилетия Княжна Вера Константиновна оставалась единственной из Романовых наследницей Российского Престола, соответствовавшей всем дореволюционным законам о престолонаследии, включая церковные требования. Вплоть до последних дней она в принципе ещё могла быть призвана на российский трон – по крайней мере, чтобы монаршей волей уточнить старые законы о престолонаследии с учётом нынешней непредвиденной ситуации. Этого не произошло, поскольку смута в нашем Отечестве продолжается. Теперь легитимную российскую власть может восстановить только Всероссийский Земский Собор по примеру 1613 года. Кончина последнего из Романовых легитимного наследника Престола символически совпала с последними днями XX века и 2-го тысячелетия по старому стилю…».

Некролог из периодического издания Союза чинов Русского Корпуса «Наши Вести»

После выхода на пенсию в апреле 1971 года княжна Вера Константиновна поселилась в доме престарелых Толстовского фонда в городке Вэлли-Коттедж под Нью-Йорком, где была окружена заботой и попечением друзей и близких. До конца своих дней она сохраняла твёрдую память, здравый рассудок и крепкие душевные силы. Прожив бóльшую часть жизни за границей, её высочество так и не приняла иностранного подданства, оставаясь лицом без гражданства с «Нансеновским паспортом». Начиная с середины 1990-х годов, княжна Вера Константиновна тяжело болела и уже редко покидала свой дом. Однако, несмотря на недуги, она состояла в переписке с родными и друзьями, живо интересовалась происходящими переменами в России и мире. Узнав о том, что в Москве удалось зарегистрировать благотворительный Фонд имени великой княгини Ольги Александровны, её высочество с огромной радостью писала в Торонто своим давним друзьям Тихону Николаевичу и Ольге Николаевне Куликовским-Романовым: «…Спасибо за чудное описание похода Ольги на Родину. Какой она молодец – недаром казачка!».

В 1998 году по рабочим делам в Нью-Йорк приехал Алексей Николаевич Гузанов, заместитель директора Павловского музея-заповедника. К сожалению, ему не удалось посетить младшую сестру последнего хозяина Павловского дворца, но всё же живой и бодрый голос княжны он услышал:

«…Ирина Сергеевна Багратион-Мухранская набрала телефонный номер и передала мне трубку – на другом конце провода я услышал твёрдый, уверенный, чуть басистый голос княжны Веры Константиновны (к этому времени она была в преклонном возрасте и серьёзно больна). Вера Константиновна была очень категорична, сказав, что, к сожалению, больше никогда не увидит Павловск и готовится к отходу в мир иной. Я сказал, что привёз для неё книги о Павловске, но она снова подчеркнула, что читает в основном Библию…».

Последнее публичное появление её высочества произошло 10 июня 1998 года, когда она была приглашена на встречу с кадетами, называвшими княжну с должным уважением «старшей сестрой всех кадет», поскольку, как уже говорилось выше, её отец был попечителем и генерал-инспектором военно-учебных заведений. «То, что, несмотря на болезни, она решилась выехать, чтобы посмотреть на нас и на кадет Красноярского корпуса, показывает её любовь ко всей молодёжи, особенно к русским кадетам», – вспоминал Алексей Борисович Йордан.

Княжна Вера Константиновна

Княжна Вера Константиновна на Кадетском съезде в Аргентине вместе с Тихоном Николаевичем Куликовским-Романовым и его супругой Ольгой Николаевной Куликовской-Романовой. 1990 г. Архив О. Н. Куликовской-Романовой

Позже здоровье Веры Константиновны уже не позволяло ей выходить даже из своего дома, и тогда благодаря хлопотам председателя Нью-Йоркского объединения зарубежных кадет Сергея Александровича Муравьёва в комнате установили передатчик, транслировавший службы из местного храма Св. Сергия Радонежского, расположенного на территории Толстовского фонда. Ксения Георгиевна Воеводская, исполнительный директор Толстовского фонда с 1995 по 2002 гг., делилась своими воспоминаниями:

«Мы были наводнены посетителями, больше всего после падения Советского Союза, когда люди осознали, что в США живёт Романова, соединяющая поколения. Люди приезжали со всего света, и мы под конец ограничили этот поток. Она была уже стара и все эти встречи были слишком эмоциональными для неё».

Княжна Вера Константиновна умерла в 6 часов вечера 11 января 2001 года в своём любимом кресле, стоявшим под портретом отца, который она смогла вывести из Германии после Второй мировой войны. В этот день православная церковь вспоминает 4000 младенцев, от Ирода в Вифлееме избиенных. Наверно, столько младенцев спасла её высочество от голода, болезней, смерти, будучи попечительницей беженских детей при Синоде Русской православной церкви заграницей.

Уже на следующий день в России многие информационные агентства опубликовали печальную новость, а телеканал НТВ в выпуске новостей показал небольшой репортаж о княжне. В день кончины её высочества, а затем в последующие два дня в церкви Св. Сергия Радонежского на территории Толстовского фонда служились панихиды.

Если бы Российская империя не канула в лету, а спокойна прожила XX век, то, конечно же, княжну Веру Константиновну со всеми почестями хоронили бы в Великокняжеской усыпальнице Петербурга. Со стен Петропавловской крепости прозвучало бы пятнадцать выстрелов, возвещавших в старые времена о погребении члена Императорской Фамилии.

Но историю не перепишешь и время не повернёшь назад. Княжне было суждено стать последним живым воплощением исчезнувшей навсегда России, остававшейся верной всю жизнь традициям и заветам своей великой семьи. С её смертью уже окончательно уходила старая дореволюционная Россия, чьей подданной её высочество являлась до конца земной жизни.

Штандарты на гробе её высочества. Архив О. Н. Куликовской-Романовой

Митрополит Виталий во время отпевания. Архив О. Н. Куликовской-Романовой

Митрополит Виталий совершает земной поклон. Архив О. Н. Куликовской-Романовой

Кадеты со знаменем Сумского кадетского корпуса. Фото из журнала «Кадетская перекличка»

15 января 2001 года с княжной Верой Константиновной прощались в Успенском храме женского ставропигиального монастыря Ново-Дивеево под Нью-Йорком. Гроб усопшей был покрыт царским штандартом (чёрный двуглавый орёл на жёлтом фоне) и романовским чёрно-жёлто-белым флагом. Рядом на аналое находилась чудотворная Курская-Коренная икона Божией Матери – Одигитрия русского Зарубежья. В почётном карауле стояли кадеты Нью-Йоркского объединения со знаменем Сумского кадетского корпуса, а также скауты-разведчики организации российских юных разведчиков со своим флагом. Гроб утопал в многочисленных цветах и венках.

На прощание из Нью-Йорка приехал первоиерарх Русской Зарубежной Церкви митрополит Восточно-Американский и Нью-Йоркский Виталий. На всех участников прощания произвело большое впечатление слово, сказанное владыкой о почившей княжне. Митрополит Виталий запомнил Веру Константиновну добрым человеком, с простым характером, верной России и Зарубежной Церкви. После этих слов Владыка припал на колени и совершил земной поклон праху троюродной сестры Царя-Мученика. Также свои памятные слова произнесли протопресвитер Валерий Лукьянов, протоиерей Александр Федоровский и протоиерей Григорий Котляров.

«Наша незабвенная, её высочество, как мы всегда её звали с любовью, Вера Константиновна, была представительницей именно этих начал: благородства и полной христианской простоты, – сквозь слёзы произнёс отец Валерий Лукьянов. – Она всегда всем сердцем поддерживала и любила молодёжные организации разведчиков, принимала с большим удовольствием участие в парадах, где девочки и мальчики, воспитанные в русском национальном духе, с любовью маршировали перед её высочеством. Это вдохновляло их. Сегодня мы видим здесь уже детей, пап и мам, бабушек и дедушек, которые не забыли её любви. Они находятся здесь у её гроба… Но помимо благородства, императорства, величия и той христианской простоты, мы не должны забывать, что перед нами лежит человек, в котором течёт кровь наших новомучеников, исповедников российских… И вот эта преемственность, это благородство, эта святость – оно потомственно и как бы здесь сейчас присутствует с нами. И поэтому мы в вере уповаем, что сегодня также присутствует здесь весь сонм новомучеников и исповедников российских, молится с нами, чтобы Господь принял её светлую душу в свою светлую обитель. И чтобы молитвами великих новомучеников мы все в конце концов поняли нашу миссию Зарубежной Церкви, наше непреложное обетование хранить её как зеницу ока, как жемчужину, в свободе, – той свободе, которую любила княжна Вера Константиновна».

На отпевание собралось около 200 человек. К сожалению, не так много родственников приехало проститься с усопшей. На похоронах присутствовала княгиня Ирина Сергеевна Багратион-Мухранская, вдова князя Теймураза Константиновича Багратион-Мухранского – племянника её высочества. Из Нью-Йорка приехала внучатая племянница Веры Константиновны – Фьяметта Занелли, внучка убитого в 1918 году под Алапаевском князя Иоанна Константиновича, а из Торонто прилетела Ольга Николаевна Куликовская-Романова, невестка великой княгини Ольги Александровны. После отпевания она скажет журналистам: «Ушла ещё одна часть истории. С каждой смертью наша семья становится всё меньше и меньше».

Отпевание княжны Веры Константиновны возглавил епископ Торонтский Михаил, викарий Монреальской и Канадской епархии, в сослужении 11 священников, двух дьяконов и нескольких прислужников. Пел сводный хор ближайших приходов Русской Зарубежной Церкви.

После двухчасового прощание под колокольный звон гроб с телом был вынесен из церкви, и траурная процессия отправилась на располагающееся рядом русское кладбище, где покоится около 7 тысяч русских изгнанников, нашедших свой последний покой на американской земле. Согласно последней воле её высочества, она желала обрести упокоение возле могилы брата князя Георгия Константиновича, умершего в 1938 году. Над опущенным гробом кадеты спели традиционную песнь дворянского полка «Братья, все в одно моленье». После погребения княжны кто-то произнёс по-русски: «С этого момента русский народ остаётся наедине с самим собой в своих монархических упованиях».

Последняя панихида в присутствии чудотворной Курской-Коренной иконы Божией Матери. Архив О. Н. Куликовской-Романовой

Погребение княжны Веры Константиновны. Архив О. Н. Куликовской-Романовой

Могила княжны Веры Константиновны и князя Георгия Константиновича на русском кладбище Ново-Дивеевского монастыря

На поминальной трапезе, устроенной администрацией Толстовского фонда, собрались родственники и близкие княжны Веры Константиновны. Все вспоминали её простоту, мужество и искреннюю веру. Ксения Воеводская сказала: «Вспоминать её люди будут прежде всего за её помощь многим и многим людям. Она действительно жила тем, и затем, чтобы помогать всем. Она трудилась поверх всех границ, поддерживая старых и детей, неимущих, больных – в традициях своей семьи. Княжна Вера была скромной, непритязательной, и в то же время величественной, царственной женщиной. С её смертью закончилась целая эпоха. Уходя, она закрыла последнюю страницу книги под названием “Романовы”». В конце слово взяла княгиня Ирина Сергеевна Багратион-Мухранская, кратко подчеркнув: «Самое главное в её жизни была православная вера. И самое главное для неё была Русская Зарубежная Церковь. Нужно продолжать молиться за неё, как все вы тут».

В апреле 1994 года протоиерей Михаил Ардов посетил США и побывал в доме престарелых Толстовского фонда в гостях у княжны Веры Константиновны. Их беседа продлилась более двух часов. Её высочество вспоминала своё детство, близких, тяжёлую, но исключительно интересную жизнь в эмиграции. Многих, кого она знала лично, уже стали к тому моменту легендами для русской истории. «Два часа промелькнули незаметно, пришло время прощаться, – напишет позже отец Михаил. – Напоследок Вера Константиновна произнесла:
– Так хочется добра России…
– Молитесь за Россию, – сказал я.
– Очень трудно молиться, – отозвалась княжна.
– Не молиться – еще труднее, – заметил я.
– Этого я не знаю, – призналась её высочество».

 

На заставке: княжна Вера Константиновна в 1998 г. Фотограф Дж. Лоенгард

© Иван Матвеев, 2021
© НП «Русская культура», 2021