За несколько дней до своей смерти Олег позвонил мне, а позже я выяснил, что не только мне, с тем, чтобы пригласить к себе на именины. Именины его приходятся на 3-е октября по новому стилю и посвящены памяти преподобного благоверного князя Олега Брянского. Он приглашал меня в Интерьерный театр, где и собирался отметить.
Что ж, я пришел к нему почти точно в срок. Опоздал на один день — не 3-го, а 4-го и, увы, не на именины, а на похороны.
Да бывает и так. Человек сам собирает всех к себе на похороны.
Пророческий дар — это то, что всегда было рядом с истинной поэзией.
Кто такой пророк Давид? Древний иудейский царь и поэт. Вспомним, как он утешал своей игрой на псалтири царя Саула или танцевал перед ковчегом Завета, что было вменено ему в праведность, несмотря на ропот толпы. Что такое псалмы? Те же стихи. Но это же и пророчества о пришествии Бога. Да и всех других иудейских пророков сегодня назвали бы поэтами и по роду занятий, и по образу жизни.
Олег Охапкин был истинным поэтом, и пророческие знамения в его судьбе — верное тому подтверждение. Можно по-разному относиться к его стихам. Кому-то они нравятся, кому-то не очень. Это дело вкуса. Но одно бесспорно. Он всегда был рядом с Богом.
И во времена советского массового идолослужения в культуре, когда он бескомпромиссно выбрал себе место гонимого поэта «культуры сопротивления» среди таких же бесприютных и непризнанных отщепенцев. Не это ли «свидетельство о Боге» с позиции верующего человека? И во времена самодовольного, хищного, постсоветского капитализма Олег опять не вписался в элиту нового общества, несмотря на обилие церковных свечей в руках у нового начальства. «Есть в нем какой-то ровный огонь, как огонь свечи, который спокойно горит, одинаково во все времена» — сказал мне как-то о его стихах один знакомый кинорежиссер.
И надо сказать, что, несмотря на присущую богеме любовь к злоречию, я не помню ни одного рассказа хоть о каком-либо неблаговидном поступке Олега.
Вернувшись домой после похорон, я припомнил один из наших с ним последних разговоров по телефону. Мы говорили о новой антологии петербургской поэзии «Петербургская поэтическая формация», которая вышла летом этого года, и в которой мы оба участвовали. И мне захотелось прочесть его стихи в этом сборнике. Стихотворение оказалось одно. И начиналось оно словами:
Душа моя, душа моя!
Воспряни, что спиши,
Конец приближается…
и далее: Живая Душа моя!
Зовет тебя Вышний
Далее: По осени к Богу
Навеки придёшь
Далее:
При жизни стихами
Я пел, и душа моя
Оставила гимны…
А кончается стихотворение так:
Но жизнь это радость,
Так выпьем, как водится,
Ergo bibamus
Навеки аминь.
Впервые опубликовано: Журнал «Зинзивер» №13(1)2009. Пётр Брандт. Слово и судьба Олега Охапкина.
На заставке: Олег Охапкин, 1975 г. Фото Виктора Немтинова из серии «Белая ночь на Пряжке».
© Пётр Брандт, 2008
© Журнал «Зинзивер», 2009
© НП «Русская культура»,2026
