Трансовые состояния в мистериях древнего мира

453
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Игорь Юрьевич Шестак — вертебролог, реабилитолог, автор и руководитель инновационной образовательной программы для школьников «Победитель», член Национального союза журналистов Украины, поэт, писатель. Родился во Львове 26 мая 1960 г. С 1999 г. живет и работает в Киеве.
За его плечами тридцать пять лет медицинской практики по специализации вертебрология, психофизическая реабилитация. С 1991 года занимается разработкой и совершенствованием авторской методики «Здоровье Человека». Занимается сбором, анализом и внедрением в практику национальных методов лечения и оздоровления человека. Окончил курс обучения на Высших богословских курсах при Свято-Успенской Киево-Печерской лавре.
Работал журналистом в 14 печатных изданиях с 2000 г., а именно: в журналах «Охота и рыбалка», «Стиль и дом», «Лісовий і мисливський журнал», «Клинок», «Оружие и охота», «Охотник», «Планета легенд», «ДайJust Zефир», «Zефир», «Женский журнал», «Хорошие родители», «Планета Знаний», «Мой ребенок», «PROMEN».
Авторские публикации в прессе посвящены экологическим вопросам, этике общения человека с природой, педагогическим аспектам воспитания детей, вопросам здоровья человека. Медконсультант на радио «Свобода», «Свободная Европа». За двадцать лет дал более пятидесяти интервью в прессе, радио и телевидении.
Лауреат международного ежегодного фестиваля «Звездный мост» — Москва, Международного детско-юношеского фестиваля «Zlata Praha» — Чехия, Прага.
Среди увлечений — большой теннис, рыбалка, охота. Практикует физические тренировки по авторскому методу «Крылья валькирий».
Креативный директор литературно-музыкального клуба «ШИНЕЛЬ».
В 2014 г. вышел в свет первый поэтический сборник Игоря Шестака по мотивам древнескандинавских саг «ВАЛЬКИРИИ И ВОЛКИ». В 2014г. По этому сборнику был поставлен одноименный музыкальный моноспектакль, в авторской режиссуре сыграно 10 спектаклей.
В настоящее время готов к изданию второй поэтический сборник по мотивам древнескандинавских саг «ВАЛЬКИРИИ СЕВЕРНОЙ ПАЛЬМИРЫ».

Мистерии Древней Греции. Мистерии Диониса. Орфические мистерии

Мисте́рии (от греч. μυστήριον, «таинство, тайное священнодействие») — богослужение, совокупность тайных культовых мероприятий, посвящённых божествам, к участию в которых допускались лишь посвящённые. По мере развития культа и общества мистерии приобретали элементы театрализованных представлений.
В то же время, отношение к мистериям только как к части культа должно быть уточнено тем, что ни один из посвященных древних авторов-мистов ни под каким видом не пролил свет на то, что там происходило. Это касается не только ранних авторов Гесиода, Геродота или Фукидида, Плутарха и Павсания, которые были связаны помимо клятв инициации более серьезными мотивами обета не разглашения.
Многие мистерии Древней Греции до сих пор хранят свои тайны.
Мистерии тех времен представляли не просто культ с определенными правилами и набором знаний, но согласно Платону лишь посвящённые в них блаженствуют после смерти.
По утверждению Цицерона, — мистерии учили и жить хорошо, и умирать с благими надеждами. К концу IV века до н.э. не быть посвящённым в какую-либо мистерию являлось признаком индифферентизма*.
* Индифферентизм — постоянное равнодушие или безразличие к вопросам знания, морали, общественной жизни. Различают индифферентизм философский, этический, религиозный и политический.

Мистерии предполагали наличие высших религиозных знаний, а так же обновления через состояние экстаза. Очищения, искупительные жертвы и отчасти покаяние в грехах, с одной стороны; процессии, песни, танцы, различные иные проявления экстаза** — с другой, составляли существенное содержание мистерий при элементах символизма, и аллегорий.
**В древнегреческой философии экстаз — это выход человека за пределы вещественно-психической данности сопровождаемое чувством высшей неконтролируемой восторженности.

Строгая тайна – неотъемлемый элемент мистерий. В обществе исключались пародии на мистерии, что влекло для нарушивших суровыми наказаниями согласно Алквиаду*** ***(Алкивиа́д (др.-греч. Ἀλκιβιάδης; 450 до н.э. Афины – 404 до н.э., Фригия) — древнегреческий афинский государственный деятель, оратор и полководец времён
Пелопоннесской войны (431—404 годы до н. э.).

Тот же культ Диониса, славимого всей Грецией олимпийского бога, неразрывно связан с мистериями, а в них он исповедовался лишь отдельными избранниками. Немногие могли пройти это нелёгкое испытание: мистерии требовали особой подготовки и предварительного внутреннего очищения. «Окружённые глубокой тайной, мистерии доступны лишь посвящённым. Смертная казнь карала профанацию или разоблачение священных тайн» (С.Н. Трубецкой, «Метафизика в древней Греции»). Так, по преданию, Эсхил был обвинён в том, что перенес на сцену какую-то часть мистериального акта. Он спасся от смерти только бегством к алтарю Диониса, да ещё тем, что на последовавшем судебном расследовании сумел как-то убедить судей, что не был посвящённым. (Скорее всего, он обманул суд. Он родился в Элевсине, и Эдуард Шюрэ, например, сообщает, что он был сыном элевсинского жреца и посвящённым.)

Каждая мистерия имела свои особенности.
Причем социальный высокий статус человека никоим образом не влиял на решение жрецов, жриц культа. Так в I веке н. э. римский император Нерон, объявивший себя божеством при жизни, пытался пройти посвящение, однако ему неоднократно было в этом отказано.
И если Дионисиевы мистерии предназначались изначально исключитеьно для лиц одного пола – для женщин, то Орфические мистерии, Котито, Митры, Кибеллы считались незаконными и даже преследовались в силу ряда причин.
Дио́ни́с (др.-греч. Διόνυσος, Διώνυσος, микен. di-wo-nu-so-jo, лат. Dionysus), Ва́кхос, Ба́хус (др.-греч. Βάκχος, лат. Bacchus) — в древнегреческой мифологии младший из олимпийцев, бог растительности, виноградарства, виноделия, производительных сил природы, вдохновения и религиозного экстаза, а также впоследствии — театра.
При анализе зарождения Дионисиевых мистерий мы встретили множество разночтений, хотя большинство исследователей склоняются к версии их зарождения во Фракии****
****Фра́кия (греч. Θράκη, болг. Тракия, тур. Trakya, лат. Thracia) — историческая и географическая область на востоке Балкан. Ныне, в соответствии с Лозаннским мирным договором 1923 года, разделена между тремя государствами: Болгарией (Северная Фракия, также известная как Верхнефракийская низменность), Грецией (собственно современная греческая провинция Фракия, также исторически известная как Западная Фракия) и Турцией, которой отошла Восточная Фракия вместе с крупнейшим мегалополисом региона — Стамбулом.

Сразу необходимо оговориться, что существование Дионисийских – Вакхических мистерий занимают очень большой исторический период в культуре Древней Греции и в связи с метаморфозами преобразований в сюжете и смысловой, теософической наполненности их содержания было бы не правильно рассматривать этот вопрос как единый незыблемый постулат. В процессе исторического развития культуры Эллады с развитием социума, претерпевали метаморфозы и мистерии.
Именно, впоследствии, умышленное введенние театрализованных действий в сценарий мистерий, позволил обществу обезопасить себя от неконтролируемых действий участников культа Диониса.
Древние памятники, найденные в раскопках, изображают Диониса в союзе с Мельпоменой, музой трагедии. Её вакхическая корона указывает, что трагедия возникла как элемент торжеств, посвященных этому богу. Можно полагать, что первые актёры — это сборщики винограда, для которых повозка Диониса превратилась в их собственный дом — театр.
Аристотель также свидетельствует (в «Поэтике»), что трагедия произошла «от запевал дифирамба» — хоровой песни в честь Диониса. Запевала превратился в актёра, а хор был самой основой трагедии. Ницше даже полагает, что первоначально трагедия была только хором. Хор исполнялся сатирами — козлоногими существами из свиты Диониса. Отсюда название: «трагедия» — это «песнь козлов» (tragos — козёл и odē — песнь). Лосев, со своей тончайшей дескриптивностью, описывает (в «Античной литературе») все вообще формы, которые принимал основной источник трагедии. Он отмечает фольклорное происхождение драмы — из сатировской игры, сопровождавшейся коллективным пением и пляской. Видимо, такое происхождение хора сатиров имеет в виду и Ницше, который вот так описывает дионисово празднество: «Цветами и венками усыпана колесница Диониса; под ярмом его шествуют пантера и тигр. Превратите ликующую песнь «К Радости» Бетховена в картину, и, если у вас достанет силы воображения, чтобы увидать «миллионы, трепетно склоняющиеся во прахе», то вы можете подойти к Дионису. Теперь раб — свободный человек… он готов в пляске взлететь в воздушные выси». Освобождение от связывающих человека пут земных во время Дионисиевых оргий. Ощущение слияния высших эмоций человека с божественными ощущения бытия!
Такое, фольклорное происхождение драмы нам вполне понятно: драма, как хор сатиров и сатировская игра, возникла из дионисовых празднеств. Однако Лосев сообщает нам и о других источниках драмы; из них главным считаются дионисовы мистерии, которые в Элевсине вытеснили прежние мистерии Деметры. Сам драматический элемент мистерий (в котором мы вскоре убедимся) не мог не способствовать развитию драматизма в дифирамбе, так что драма как таковая возникла именно из мистерий. «В науке существует прочно установленная теория о влиянии именно Элевсинских мистерий на развитие трагедии в Афинах» (Лосев).
Трудно представить себе, каким образом этот источник трагедии, признаваемый «прочно установленной теорией», совмещается с происхождением трагедии из дионисовых празднеств. Древнегреческие культовые празднества («мифические праздники») подробно описаны, например, у К. Хюбнера. Там видно, что дионисические оргии («оргия» — экстатическое празднование в честь богов) включали в себя «шествие, комос, которое могло бы напомнить сегодняшний карнавал… Хотя сатиры и принадлежат тиасу, праздничной толпе Диониса, остаётся загадочным, каким образом из такого дурачества (ЛИ- авт.)могла развиться трагедия» (Хюбнер).
Так, изначально, Дионисовы мистерии более правильно называть оргиями*****, которые имели стихийный процесс мест их проведения.
***** Оргия (греч. όργιον) — групповое (от трёх человек) половое сношение; религиозные обряды многих древних народов, связанные с культами богов (напр., в Древней Греции, Риме, Египте и др.), носившие сексуальный характер.
Например, в греческой религиозной традиции — празднество в честь бога вина и веселья Диониса. Первоначально слово употреблялось в смысле «причастия». Цель причастия состояла в том, чтобы очистить душу верующего и помочь ей избежать круговорота рождения.
См. также оргиастические языческие культы: оргиями сопровождались праздники Великие дионисии, Сатурналии и др. Оргия как культ могла иметь сексуальный характер, выражаемый в неупорядоченных половых контактах участников оргии.
В синонимическом ряду с оргией также: разгульное пиршество, вакханалия.

«Чем глубже страдания, чем сильнее в человеке вопли
Диониса, тем светлее должна быть его поэзия, тем она
должна быть могучее. Кто служит Дионису, тому по-
могает бог Аполлон».
Волынский А. «Литературные заметки:
Аполлон и Дионис»

Адольф Бугро Ореады

Впоследствии, согласно некоторым источникам, Дионисовы оргии были ограничены пределами времени и места, они могли справляться только на Парнасе и притом раз в два года (в так называемых «триетеридах»). В прочей Греции дионисизм со временем, был введен в благочиние гражданского культа; его праздники приурочивались к работе винодела, и лишь в играх ряженых и поэтическом преображении Дионисова театра сохранились следы первоначального исступления.
Изначально, Дионисиевы Мистерии носили символику оплодотворения земли дающей жизнь всему поднебесному миру- день, когда животворящие силы Природы входили в женщин, являющихся вместилищем зарождения Священной жизни.
Так на славянской Руси начало сева знаменовалось своеобразным обрядом оплодотворения мужским семенем Земли-Матушки, в целях умножения урожая.
В основе Дионисиевых мистерий заложены основы таинства так называемого группового транса, который еще изредка можно наблюдать в культурах оставшихся туземных племен экваториальной Азии и Африки. Свидетельства английских путешественников-исследователей сообщают нам о некой всепоглощающей силе группового транса, подчиняющей своей воле даже умы группы цивилизованных, образованных людей. Ничто не в состоянии противостоять силе подобного транса, когда человек оказывается среди посвященных отправляющих мистерию.
Считаем необходимым отметить, явную взаимосвязь Дионисиевых мистерий с так называемым культом Орфический мистерий, которые впоследствии были отнесены государством к разряду запрещенных, вразумительную причину которых нам в исторических источниках найти пока не удалось. Одним из наших предположений – причиной ограничения или запрета вполне могли являться экстатические неконтролируемые состояния психики участниц мистерий, которые достигались женщинами в процессе т.н. «сценария». Менады, что в переводе означает «безумствующие», они же – вакханки (лат. bacchantes, от bacchari – отправлять праздник Бахуса), бессариды – персонажи древнегреческой мифологии. Менад изображали полуоднаженными, иногда облаченными в шкуру серны или пятнистого оленя, подпоясанную задушенными змеями.
Собственно, вакханка в античной мифологии – женщина, жрица посвятившая себя служению богу Дионису, Бахусу. Менады – спутницы, почитательницы Диониса, согласно античных авторов, также звались фиадами. Известное число фиад достигало трех сотен. До наших дней дошли имена некоторых из них: Дирке, Гарпа, Галика, Гигарто, Ино, Каллихора, Мета, Меликтена, Окифоя, Протона, Силена, Соя, Стеропа, Стесихора, Терпсихора, Тригия, еопа, Флио, Халкомеда, Харопея, Хрисомеда, Эвпетала, Эврипила.
Менады, сатиры в дикой оргической пляскеследуя за Дионисом убивали диких и домашних животных попадающимся на их пути и пили их кровь с вином. Согласно мифов свита бога экстаза сокрушая все на своем пути выбивали из скал молоко и мед.
Своими тирсами (замаскированными копьями) они сокрушали все на своем пути, выбивая из скал молоко и мед. Не редки были случаи, что жертвами вакханок становились случайные мужчины, которых служительницы культа могли истязать, и подвергнув сексуальному насилию убить. Женщин встречающихся на пути оргии, менады пытались увлечь за собой, приобщив к свите Диониса.
Первое дошедшее до нас упоминание о менадах встречается в гомеровской «Илиаде» (XXII, 460) в описании действий Андромахи. Многие вакханки упомянуты в трагедиях Эсхила, Софокла, Еврипида, Иофонта, Ксенокла Старшего, Клеофанта. Наиболее полное описание менад с именами представлен в древнегреческого поэта Нонна Панополитанского (Vв.н.э.) в его эпической поэме «Деяния Диониса».

Природное соединение полов в Дионисиевых мистериях о котором мы встречаем упоминания в описании современников являлось лишь сопутствующим, не обязательным элементом мистерий Диониса в последующем их развитии, что собственно было характерным и для ряда иных оргий Древнего мира.
В ходе изучения темы, очевидно влияние на формирование Дионисиевых мистерий т.н. Орфического учения.
Согласно Мэнли П. Холлу — Орфей, фракийский бард, великий просветитель греков, который за свои заслуги перед эллинистическим миром стал почитаем как божество за несколько веков до христианской веры. По утверждению авторитетного исследователя Т.Тейлора, «…именно Орфей стал истинным основателем теологии среди греков, законодателем их жизненных и моральных норм, первым из пророков и поэтов, отпрыск Муз, который учил греков ритуалам и Мистериям, от которого мудрость перешла к Гомеру, Пифагору и Платону». Истоки философии Орфея неопределенны, хотя ест основания утверждать, что «…он был инициирован в Египетские Мистерии, из которых он получил солидное знание магии, астрологии, волшебства и медицины. Учавствовал он и в Кабирских Мистериях на Самофракии, что увеличило его познания в музыке и медицине.» (Мэнли П. Холл).
Орфей обрел статус бессмертного, кто пожертвовал собой, что бы люди могли обрести мудрость богов. Орфея стали почитать сыном Аполлона, божественной и совершенной истины, и Каллиопы, музы гармонии и ритма. Другими словами, орфизм есть секретная доктрина «Аполлон»), открываемая через музыку (Каллиопу).
Музыка в начале мистерии скорее всего сообщала частоты транса, помогая настроиться на нужную волну. Алкоголь же используемый в Дионисиевых мистериях помогал снять закрепощенность, высвобождая скрытый природный потенциал женщин. В трансовых состоянияхучастницы мистерий, по утверждениям некоторых современников представляли угрозу пастушечьим стадам, а иногда и людям, что скорее всего и послужило поводом для органичения действий совершаемых мистерий и в некоторых случаях привело к запрету Орфических священнодействий.
Согласно теософии – «женщины разрывающие тело Орфея, являются символами отдельных фракций теологии, разрушающих тело истины. Они не могут этого сделать до тех пор, пока их нестройные – дисгармонизирующие экстатические вопли не заглушат стройные аккорды лиры Орфея.»
«…Аллегория превращения Орфея в лебедя означает, что духовные истины, которые он проповедовал,будут жить в будущие времена и их будут изучать новые обращенные. Лебедь – это символ инициированных в мистерии, а так же символ божественной власти, которая есть прародитель мира.» (Мэнли П. Холл). Впоследствии, в Европе, лебедь приобрел геральдическую символику использываемую и поныне.

Орфические таинства, в отличие от Элевсинских, как и изначально Дионисийские не были прикреплены к какому-нибудь городу: повсюду в Греции, особенно в колониальной, на западе, возникали общины орфиков, жившие и справлявшие праздники под руководством своих учителей. При соотношении ряда главных аллегорий, Дионисовы мистерии явно отмечены именем Дионисова пророка Орфея.

…«Жрец праздновать дал приказанье
И госпожам повелел и служанкам, работы покинув,
Грудь свою шкурой покрыв, развязать головные повязки,
И обрядиться в венки, и листвою обвитые тирсы
Взять, предрекая, что гнев божества оскорбленного будет
Страшен. Покорны ему и матери и молодицы;
Вот отложили тканье, корзинки, начатую пряжу,
Ладан несут и зовут Лиэя, Бромия, Вакха,
Отпрыск огня, что дважды рожден и двумя матерями,
И добавляют: Нисей, Тионей нестриженый, имя
Также дают и Леней, веселящих сеятель гроздьев,
Также Иакх, и Эван, и отец Элелей, и Никтелий,
Много имен и еще, которые некогда греки
Дали, о Либер, тебе! Ибо юность твоя неистленна,
Отрок ты веки веков! Ты всех прекраснее зришься
В небе высоком! Когда предстаешь, не украшен рогами, —
Девичий лик у тебя»…
(Овидий, Метаморфозы IV, 4-20)

Таинства мистерии, состояли из трех частей: космогонической, нравственной и эсхатологической.

Космогоническая часть орфического учения примыкала к более старинному мифу о победе Зевса над титанами и основанном путем насилия царства богов. Чтобы иметь возможность передать его из запятнанных насилием рук в чистые, Зевс делает матерью царицу подземных глубин Персефону, и она рождает ему первого Диониса — Загрея. Но мстительные титаны завлекают младенца Диониса к себе соблазном его отражения в их зеркалах и, завлекши, разрывают на части, которые и поглощают. Сердце спасает Паллада и приносит Зевсу; поглотив его, он вступает в брак с Семелой, дочерью Кадма, и она рождает ему (второго) Диониса. От испепеленных титанов же произошел человеческий род.
Прекраснейшим из всех дионисийских праздников были Великие Дионисии (μεγάλα Διονύσια), учрежденные тираном Писистратом.
«Девятый месяц Ελαφηβολίων (Элафеболион, соответствовал 2-ой половине марта и 1-ой апреля) был посвящен Артемиде, которой вообще у греков посвящался месяц, приходившийся около весеннего равноденствия.

Нет прямых указаний на существование в Аттике праздника Ελαφηβολία, встречающегося в других местностях Эллады, но предполагать его существование можно с большой вероятностью. Главным же праздником в этом месяце были великие Дионисии, продолжавшиеся несколько дней. Великие Дионисии торжествовали полную победу весны над зимой, были праздником радости и свободы, когда отпускали на поруки узников, оставляли в покое должников и никого не арестовывали, для того чтобы все могли принимать участие в веселье».
Празднование великих Дионисий начиналось торжественной процессией, в которой несли древнюю статую Диониса из Ленея в древний храм его, стоявший близ Академии, и оттуда обратно, с хоровыми песнями и веселыми прогулками по городу. Главной и существеннейшей частью этого праздника были театральные представления.
В период расцвета Дионисиевых дней, цикл праздников Диониса открывался веселыми Осхофориями (ὀσχοφόρια или ὠσχοφόρια, «ношение гроздьев»). Осхофория, праздник жатвы, праздновавшийся в Афинах 7-го пианопсиона (Πυανοψίων, октябрь-ноябрь). Во время этого праздника 20 взрослых юношей (по два от каждого сословия) бежали из храма Диониса в Лимнах в храм Афины Скирас (Ἀθηνᾶ Σκιράς) на Фалероне, неся в руках виноградные ветви с гроздями, гроздья винограда были даром от Диониса богине-покровительнице страны. Каждый из 10 победителей получал в награду чашу, наполненную напитком, составленным из пяти главнейших продуктов года (вина, меда, сыра, муки и оливкового масла — πενταπλόα), и почетное место в следовавшей затем процессии. Праздничное шествие (причем впереди поющего хора шли два мальчика в женской одежде) совершалось от Осхофории, площади перед храмом Афины, к храму Диониса, где Фиталиды приносили жертву. Праздник оканчивался жертвенным пиром.
Остальные праздники были приурочены к различным стадиям брожения молодого вина; то были сельские Дионисии в декабре, Ленеи в январе и Анфестерии в феврале. Все они были обставлены отчасти веселой, отчасти серьезной обрядностью и расцвечены мифами и легендами.
«В шестом месяце Ποσείδεων (Посидеон, приблиз. декабрь-январь) главными праздниками были Ἁλῶα (Алои, афинский праздник урожая) и μικρὰ Διονύσια (Малые Дионисии или Сельские, τὰ κατ΄ ἀγροὺς). Первый был земледельческий праздник молотьбы, совершавшийся в честь Деметры, Коры (Персефоны) и Диониса. Праздновавшиеся в этом месяце Дионисии назывались «сельскими» (в отличие от «городских», или «великих», совершавшихся в месяце Элафеболионе)».
«Ленеи или Ленейские Дионисии (Διονύσια Λήναια) — афинский праздник виноделия в 8-11 дни месяца Гамелион (Γαμηλιών — «брачный месяц», январь-февраль) в честь Вакха (Диониса); к нему приурочивались состязания драматургических произведений. У ионийцев, а в древнейшие времена и в самой Аттике, этот месяц (Гамелион) назывался Ληναίων (Ленеон, «месяц виноделия») от названия Дионисовского празднества Ληναία». Этот праздник совершался в течение нескольких дней. Местом праздника было древнее святилище Диониса. Празднование было сходно с сельскими Дионисиями, только пышнее и торжественнее; важную роль играло исполнение дифирамбов в честь божества киклическими (κυκλικός) хорами, называвшимися так потому, что во время исполнения дифирамба они двигались мерным, ритмическим шагом вокруг алтаря. Особая роль отводилась театральным представлениям.»
«Название восьмого месяца Анфестерион (Ἀνθεστηριών, февраль-март) произошло от третьего большого Дионисовского праздника, называвшегося Ἀνθεστηρία; это был месяц, в котором природа на юге пробуждается от зимнего сна; кроме того, молодое вино, приготовленное осенью, заканчивало к этому времени свое брожение и становилось годным к употреблению. То и другое, т.е. пробуждение природы и окончание брожения вина, составляло предмет праздника Анфестерий».
Праздник Анфестерий продолжался три дня, каждый из которых имел особое название. Первый день назывался днем открытия бочек и пробы нового вина. Каждый домохозяин приносил богу жертву, при которой совершал возлияние свежим напитком, и все домочадцы, не исключая и рабов, предавались праздничному веселью и удовольствиям. Первыми весенними цветами украшались сосуды и дети как распускающиеся цветки человеческого рода. В этот день в Афинах был рынок игрушек, которые покупали и дарили детям.
Второй день — «крýжки» — также был посвящен праздничным удовольствиям. Веселые компании, в которых участвовали ряженые, представлявшие сатиров, нимф и пр., ходили по городу и заходили к знакомым, где составлялись пирушки и даже состязания: кто скорее выпивал свой кубок вина, получал в награду плющевый венок и мех вина. При этом не забывали также и умерших родственников: ходили к ним на могилы и совершали возлияния вином. По-видимому, первоначально этот день был посвящен главным образом поминовению усопших и имел целью умилостивить силы подземного мира, владычеству которых при наступлении весны приходил конец. Поэтому-то этот день вместе со следующим принадлежал к числу «тяжелых» и храмы богов в эти дни были закрыты; однако впоследствии такое значение этих дней вполне уступило место веселью и наслаждению.
От имени государства совершалась таинственная церемония в древнем храме Диониса в Ленее, открывавшемся только в этот день. Главную роль в этой церемонии играла βασίλισσα или βασίλιννα, супруга архонта-царя, которая должна была быть родовитой гражданкой и выйти замуж девицей. При совершении церемонии ей помогали четырнадцать жриц (γεραραί), избранные архонтом-царем из наиболее уважаемых гражданок. «Царица» в присутствии священноглашатая брала с них торжественную клятву в том, что они удовлетворяют условиям, требующимся для участия в церемонии, и будут соблюдать строгую тайну. Жрецы совершали священные обряды на 14 алтарях, а затем «царица» отправлялась в святилище-буколеон (βουκολείον), вблизи пританея,³ и там будто бы сочеталась браком с Дионисом.
Древний закон об этом обряде, вырезанный на камне, еще во времена Демосфена стоял в святилище Диониса подле жертвенника. Впрочем, подробности обряда неизвестны, а значение его объясняется различно; проще и естественнее всего принять, что «царица» как представительница страны соединялась брачными узами с богом возрождающейся весною растительности в знак того, что страна вполне предана его служению и надеется на его защиту и помощь; или, быть может, эта церемония совершалась в воспоминание брака Диониса с Ариадной.
Третий день Анфестерий назывался «днем горшков» потому, что тогда приносили Гермесу Хтонию (χθόνιος, подземный) в жертву за души усопших горшки с вареными плодами всякого рода, которых сами жертвователи не могли пробовать, как при всех вообще жертвах подземным богам; ни одному из Олимпийских богов в этот день не приносили жертвы.
…«последний день Анфестерий был посвящен хтоническим культам, жертвоприношению душам умерших и подземному Гермесу. Души собирались на угощение, им приготовленное, и потом изгонялись из соседства живых заклинанием. До нас дошла любопытная формула изгнания подземных гостей: «к дверям, Керы! Миновали Анфестерии!»» (В.Иванов)
Хотя три дня Анфестерий были богаты различными религиозными обрядами, но подробности их, мало известны.

Дионисиевы или Вакхические ритуалы концентрируются вокруг аллегории о юном Дионисе, разорванном на куски и съеденногоТитанами, пребывающими в состоянии неистовства. Заманив маленького Диониса к себе в пещеру, титаны по наущению богини Геры, вымазав лицы пеплом (аллегория – что бы не быть узнанными или, что бы сохранить себя от силы молодого Диониса), разовали дитя на куски. И только Афина сохранила сердце Диониса. (Титаны во время его умерщвления заставляли Вакха смотреться в зеркало) и которое стало причиной его падения в море иллюзий, — это низший мир, сделанный Титанами…)
Вакхическое или Дионисиево состояние означает единство рациональной души в процессе самопознания, а титаническое состояние разбросанность рациональной души, которая будучи рассредоточенной через творение, теряет осознание своей сущностной особенности. Зекрало, в которое смотрелся Вакх и последовал за своим отражением в материю, рационаьная душа мира разбивается на фрагменты и распределяется Титанами по земным сферам, сутью коих она и становится, но сердце (источник), спасаемое богиней Афиной, они не в состоянии рассеять. В сценарии культа присутствует смерть и троекратное рождение Диониса. Символика погружения в материальную Вселенную, что представляет воплощение вакхического принципа вформу, а впоследствии выделение духовного из формы.
Когда Зевс, отец Диониса и Демиург Вселенной, увидел, что титаны безнадежно вовлечены в рассредоточение божественной – рациональной идеи рассеиванием членов тела его сына в Нижнем мире, то испепелил титанов, во имя сохранения божественной гармонии мироустройства.
Именно из пепла титанов Зевс создал людей, чья цель согалсно канве мистерии состоит в возрождении (и освобождении) рациональной души.Демиург – Творец вселенной является третьим лицом Творящей Триады (Троицы) и следовательно повелителем Смерти, потому, что смерть существует только в низших пределах Его правления. После рассеяния, логично происходило собирание в высших формах разума. Молния в руках Зевса обозначает смерть, которая состоит в освобождении души о власти иррациональной природы.
Человек родившийся из пепла титанов (здесь нпрашивается аналогия с птицей фениксом), заключает в себе ядро Высшей природы родившейся из трансофрмации бессмертной плоти Диониса.
Двенадцать титанов являют собой аллегорию 12-ти зодиакальных символов, в то время,кгда Дионис символизирует Солнце с присущей ему символикой первооснов Вселенной.
При том, что сердце Диониса помещенное в эфир, и есть бессмертный центр рациональной души.
По мере распределения рациональной души среди людей, учреждались Дионисиевы мистерии, с целью устранения титанического иррационализма.
Из нравственного учения вырастает эсхатологическое. Живой Дионис, сердце Загрея, жаждет воссоединения со всеми частями его растерзанного тела. Целью жизни каждого человека должно быть поэтому окончательное освобождение той его частицы, которая в нем живет, и ее упокоение в великой сути целокупного Диониса. Но путь к этому очень труден. Титанизм является постоянной помехой, соблазняя к новому воплощению. И вот мы рождаемся и умираем, и вновь рождаемся, все снова и снова замыкаем свою душу в «гробу» тела, все снова и снова воплощаемся — между прочим, и в звериных телах, и нет конца этому томительному «кругу рождений», пока мы, наконец, не внемлем голосу Диониса, не обратимся к «орфической жизни». И тогда мы спасемся не сразу. Трижды мы должны прожить свой век безупречно и здесь, на земле, и в царстве Персефоны, пока, наконец, не настанет для нас заря освобождения, воссоединения и упокоения.
Пребывание в царстве Персефоны перед новым воплощением понимается как время очищения от грехов жизни; ее обитель — для большинства людей чистилище. Кто безгрешно провел земную жизнь, тот и на том свете проводит жизнь в блаженстве, во временном раю — пока голос необходимости не призовет его обратно на землю для новых испытаний. Но есть и такие, которые запятнали себя «неисцелимыми» злодеяниями; для них нет очищения, они терпят вечную кару в аду. Вот почему каждую душу после смерти ждет загробный суд; строгие и неподкупные судьи должны определить, в которую из трех обителей ей надлежит отправиться.
Очищение- транформированное преображение (феникс) через смерть и возрождение (секрет Конька-Горбунка). Кипячение в котле и прохождение через огонь — это обряды инициации, дарующие бессмертие (см. историю Деметры и Демофонта) или омоложение (дочери Пелия зарезали своего отца и сварили в котле). (Аналоги русского Иванушки, которого баба Яга или в поздних сказках злой царь бросали в кипящий на огне котел. После чего герой сказаний выходил обновленным – и сильнее и краше).
Христианские авторы не говорят о воскресении Диониса, но античные авторы о нем знали. Эпикуреец Филодем, современник Цицерона, пишет о трех рождениях Диониса: первом — от своей матери, втором — из бедра Зевса, и третьем, состоявшемся, когда Рея сложила куски его растерзанного титанами тела, после чего он вновь вернулся к жизни. Фирмик Матерн заключает свое сочинение рассказом о том, что на Крите (где, в его толковании, происходит действие) это убийство отмечается ежегодными ритуалами, воспроизводящими все, что «делало и испытывало дитя в момент смерти»: «в глубине лесов они страшно кричат, изображая яростные метания души» — как бы давая понять, что преступление было совершено в момент безумия, — « … и зубами разрывают на части живого быка». (Бык древний символ стихии земли и смерти).
Впервые имя Загрея встречается в эпической поэме фиванского цикла Alcmaeonis (VI в. до н.э.); оно означает «великий охотник» (от ἀγρεύς ὁ «охотник»), что соответствует необузданной, оргиастической природе Диониса.
Если рассматривать историю мистерии в обычном понимании пространства и времени, то становится непонятно, когда Дионис успел стать «великим охотником», если титаны растерзали его в самом раннем младенчестве (он был им по сути своей изначально, вне временных рамок общечеловеческого восприятия. Этимология эпитета «Загрей» явно происходит от териоморфного образа «первого» Диониса. В одних интерпретациях Дионис, пытаясь скрыться от титанов, перевоплощается в разных животных. И когда он обратился в быка, титаны настигли его и растерзали. По другой версии, Дионис изначально имел образ быка.

Ζαγρεύς — Загрей, эпитет Диониса в образе быка;
ζά — усилит. приставка со знач. очень, весьма, вполне;
ex. ζάχολος (ζά-χολος) раздраженный, гневный (Διόνυσος Anth.);
ἄγριος
1) дикий;
2) жестокий, свирепый, лютый, злой;
3) неукротимый, необузданный, грубый;
4) мучительный, тяжелый;
5) бурный, ужасный.

Орфическое:
а) В человеке временно пребывает божественное начало, некий демон (душа), оказавшийся в теле по причине изначального греха.
б) Этот демон не только предсуществует телу, но и не погибает вместе с телом. Он осуждён к реинкарнациям в последующих телах, и через серию рождений должен искупить изначальный грех.
в) «Орфическая жизнь» со своими путями и практиками есть жизнь уединённая и имеет целью положить конец циклу реинкарнаций и освободить душу от тела.
г) Для очистившегося (посвящённого в орфические мистерии) в ином мире обещана награда, для непосвящённых — наказание.
Следовательно, мы видим смерть как неотъемлемый элемент перерождения зла в добро.
Три рождения символизируют три этапа перерождения не контролируемой, неуемной ярости в благодатную форму жизни.
Символы праздного искушения – волчок – символ бесконечности Вселенной, трещотка – звук привлекающий силы, кости – символ Судьбы и наконец зеркало – предмет, которым с времен седой древности жрецы украшали себя с целью проникновения при помощи зеркала в миры богов через отражение.
В «злодеянии титанов» мы можем распознать древний посвятительный сценарий, первоначальный смысл которого оказался забытым. Титаны ведут себя как «магистры инициации», т.е. они «умерщвляют» посвящаемого, чтобы он «заново родился» на более высоком уровне существования (в нашем примере они даруют младенцу Дионису божественную природу и бессмертие), что собственно по сегодняшний день используется в мистериях масонских организаций. Однако в религии, провозгласившей абсолютное верховенство Зевса, титаны могли играть только демоническую роль, за что и были испепелены Зевсовой молнией. По некоторым версиям этого мифа, важного для орфической традиции, люди были созданы из пепла титанов.
Возможно, и Диодор Сицилийский имеет в виду дионисийские мистерии, когда пишет, что «Орфей перенес растерзание Диониса в мистериальные обряды» (V, 75,4). А в другом месте Диодор представляет Орфея как реформатора дионисийских таинств: «Вот почему посвятительные обряды в честь Диониса называются орфическими» (III, 65,6). Для нас сообщение Диодора ценно в той мере, в какой оно подтверждает существование дионисийских мистерий. Но в то же время вероятно, что уже в V веке до н.э. эти таинства содержали некоторые «орфические» элементы. Тогда Орфея, действительно, провозгласили «пророком Диониса» и «основателем всех инициаций».
В основе мистерий Диониса содержится логически обоснованная философия, наполненная глубоким эзотерическим сакральным содержанием, что характерно для просвещенной Греции.

Великий Пифагор сделал орфизм центральным учением своего «ордена». И через пифагорейцев, и независимо от них предрасположен орфизму и Платон;
Погружаясь в глубокие психифизические переживания, участники Дионисиевых мистерий причащались тайнознания, обретая незыблемую веру в истинность Дионисиевого эргрегора, усиленного Орфическим учением.Дионисийские архитекторы составляли тайное секретное общество, сообразное с последующими элементами масонства. Организация строителей, обладающих секретным знанием соотношений между земными и небесными науками архитектоники мироустройства. В сооружении храмов, в том числе и библейских закладывались числовые значения, в которых были сокрыты тайны учения. Архитекторы обладали секретным языком и системой маркировки камней. Дисциплина адептов древнего учения была настолько высока, что и сегодня мы не можем с уверенностью утверждать главные постулаты этого древнего космогонического учения, эхом дошедшего до нас сквозь века.