ПОДЕЛИТЬСЯ

Notre-Dame de Paris — сердце Франции, как собор Василия Блаженного для России, или собор Святого Петра для Италии. В каждом народе почитаются множество символических мест, но сердце – одно. Страстная неделя этого года для католиков Франции началась пожаром в Нотр-Дам. Тысячи любительских видеосъемок наполнили интернет. Зеваки-туристы с восторгом запечатлевали нечто из ряда вон выходящее, грандиозное, как пожар Рима во времена Нерона, столь же привлекательное, сколь и чудовищное. А может привлекательное именно своей чудовищностью. СМИ разных стран говорили, главным образом, о героизме пожарных, показывали президента Франции, который уверил, что французы – нация строителей (не решился употребить более естественное для себя – вольных каменщиков) и пообещал, что за пять лет собор будет отстроен краше прежнего. Если вспомнить, что Нотр-Дам строился около двухсот лет, то обещание нынешнего президента Франции явно подкреплено заранее подготовленными финансами. Не чудо ли, что ровно через сутки нашелся миллиард евро на его восстановление?

Это внешние обстоятельства катастрофы, которая всколыхнула на пару дней весь мир, но ближе к Пасхе весь мир о ней забыл, увлекшись новой. Но не французы, которые плакали и молились у стен гибнущей святыни несколько дней, и теперь размышляют о случившемся в контексте всей истории Франции последних десятилетий.

Как раз 15 апреля друг нашего портала, художница (гравер) Од де Керрос закончила свою новую книгу (она известна своей авторской программой «Свободная газета Од де Керрос» на радио «Куртуази», лауреат премии Института Франции в области гравюры (1988), автор книги «Спрятанное искусство – диссиденты современного искусства»(2007) и многочисленных статей, посвященных современной культурной ситуации. Из старинной аристократической семьи. Интеллектуальный салон Од де Керрос в Париже – место притяжение философов и художников со всей Европы). Сегодня она прислала свою гравюру, сделанную много лет назад, где изображался храм, в котором рухнули скрещенные трансепты «croisée des transepts», с комментарием: «Я никогда не думала, что увижу это воочию».

Эта работа завершала цикл «Le coeur d’Amour épris» (Сердце влюблённое в Любовь). Со всей книгой можно ознакомиться по ссылке, где каждая гравюра прокомментирована автором: https://www.yumpu.com/fr/document/view/17573513/version-pdf-aude-de-kerros/5

Без всяких комментариев она прислала также и другое изображение. По обыкновению готических соборов оно прикрывало clef de voûte (замковый камень) на крыше собора Нотр-Дам, обрушение которой наблюдало с животным восторгом всё прогрессивное человечество: это образ «Божьей матери Апокалипсиса».

Подумаем в этой связи о том человеке, который по неосторожности или специально учинил пожар на строительных лесах собора, не в масштабе его уголовной ответственности за порчу государственного имущества (а собор по французскому закону – собственность государства, где церковь арендует помещение), но в масштабе всей цивилизационной стратегии современности, пути которой самым естественным образом легли к ногам вполне архетипического героя – Герострата. Не называя имён, не вступая в политические дискуссии, ориентируясь только на творческую и духовную интуицию, можно со всей очевидностью понять (не почувствовать, ибо это не чувственного контекста знание!), что «знаки», которые через обстоятельства Бог подаёт людям, должны быть, наконец, оценены, считаны. Если это грозное предостережение из числа последних от начала конца, то стоит ли отвлекать своё внимание на мелочи: какого цвета кожа у поджигателя, или сколько «сэкономит» мэрия Парижа, уличаемая в коррупции, на реставрации памятника «всемирного наследия»?

Татьяна Ковалькова